Отчет о научной деятельности сектора аграрной истории за конец 2012–2013 г.

Объявления

13.07.2018
Объявление о защите диссертации… А.В. Дмитриева
Подробнее

05.07.2018
О приеме к рассмотрению диссертации А.В. Дмитриева
Подробнее

04.06.2018
ИИ СО РАН объявляет конкурс на замещение должностей младших научных сотрудников...
Подробнее

07.03.2018
ИИ СО РАН объявляет конкурс на бюджетные места в аспирантуру в 2018 году
Подробнее

29.01.2018
ИИ СО РАН объявляет конкурс на замещение должности главного научного сотрудника
Подробнее

Все объявления

Отчет сектора аграрной истории за 2013 г.

В соответствии с плановым заданием работа в рамках реализации проекта в отчетном году разворачивалась по следующим основным направлениям:

Типологизация моделей развития аграрного строя России в ХХ в.; выявление основных этапов эволюции и трансформации аграрного строя Сибири в ХХ в. и их обобщенная характеристика.

Ретроспективный анализ особенностей функционирования аграрного строя региона в 1900–1920-е гг.

Выявление и аналитическое описание проектов преобразования аграрного строя Сибири в ХХ в. в контексте проблемы выбора путей и методов модернизации

По каждому из указанных направлений получены научно-теоретические и историографически значимые результаты:

Исходным пунктом разработки проблемы типологизации аграрного строя России в ХХ в. был тезис о дискретном характере развития как цивилизационной особенности истории России. Специфика отечественного исторического процесса состояла в том, что он носил характер не линейного поступательного развития, а дискретных скачков. Исходя из этого, была разработана концепция, в соответствии с которой в течение ХХ в. в России сменилось несколько моделей функционирования аграрного строя, имевших не только количественные, но и принципиальные качественные отличия.

Базовой категорией понятийного аппарата концепции является аграрный строй как совокупность реализуемых в аграрном секторе экономики производственных отношений и производительных сил. Конкретно-исторически обусловленный тип (этап) развития аграрного строя определяется как модель. Его составными частями являются система землевладения и землепользования, организационно-производственная и отраслевая структуры сельского хозяйства, преобладающие агротехнологии, методы отчуждения сельхозпродукции, конкретно-исторические модели стратификации и социальной мобильности крестьянства. При этом основным критерием вычленения конкретно-исторической модели является организационно-производственная структура сельского хозяйства. Важной качественной чертой аграрного строя также была его социальная устойчивость и динамичность развития сельскохозяйственного производства.

Относительно протяженная во времени и географическом пространстве модель разделяется на региональные или временные субмодели, отличающиеся специфической организационно-производственной структурой, специализацией, преобладающей агротехникой и т.п. В странах с высоким уровнем специфики регионального развития могут одновременно функционировать различные модели аграрного строя.

Приложение рабочей матрицы к конкретно-историческому материалу позволило на материалах Сибири в ХХ в. зафиксировать три сменяющие друг друга модели аграрного строя.

Специфика функционирующей в регионе в начале века модели заключалась в отсутствии помещичьего землевладения и меньшей консервативности общины. Абсолютно преобладающей организационной формой сельхозпроизводства являлось семейное крестьянское хозяйство. Появление Транссибирской магистрали способствовало наращиванию товарности сельского хозяйства и активизации процесса социальной дифференциации крестьянства. Краткосрочным последствием столыпинской аграрной реформы стало окрестьянивание сибирской деревни.

Обострившие аграрный вопрос в европейской части России политические катаклизмы рубежа 1910–1920-х гг. не вызвали качественных изменений аграрного строя в Сибири. Его организационно-производственной основой в условиях нэпа оставалось включенное в общину крестьянское хозяйство. Однако применявшийся большевистским режимом по отношению к зажиточным слоям деревни экономический и политический прессинг привел к нивелировке деревни на более низком, чем до революции, имущественном уровне и консервации мелкотоварности крестьянского хозяйства. Замедление темпов развития, ставшее следствием мелкотоварного характера аграрного производства, в середине 1920-х гг. наглядно продемонстрировало, что нэп не обеспечивает решения задач модернизации страны.

Массовая коллективизация привела к радикальному преобразованию аграрных отношений. Новая модель аграрного строя, которая сменила нэповскую субмодель, отличалась внеэкономическим принуждением, применяемым в качестве основного способа изъятия земельной ренты, и рефеодализацией системы налогообложения деревни, заключавшейся в возврате к сословности обложения, натуральным и отработочным его формам. Организационно-производственной основой аграрного строя являлись колхозы, к которым в качестве фактически бесплатной рабочей силы прикреплялись бывшие крестьяне. Колхозы, с одной стороны, находились под жестким административным, финансовым и технологическим диктатом государства, а с другой – функционировали на принципах самоокупаемости, осуществлявшейся в условиях абсолютно неэквивалентного и принудительного обмена.

Следует отметить, что в 1930-е гг. аграрный строй в различных регионах России нивелировался. Аграрные отношения в них потеряли качественные различия и стали функционировать в рамках единой модели.

Возникшая в ходе массовой коллективизации колхозная система выполняла поставленные перед ней цели тотальной мобилизации ресурсов для решения стоявших перед советским государством геостратегических задач, но в то же время в силу неэффективности принудительного труда отличалась низким уровнем развития производительных сил. В начале 1950-х гг. несоответствие уровня развития сельского хозяйства внешне- и внутриполитическим задачам страны стало очевидным.

В рамках переходного периода, который продолжался с осени 1953 г. до середины 1960-х гг. включительно, произошел отказ от базовых механизмов сталинской модели аграрного строя – социальной дискриминации крестьян, их внеэкономического принуждения к труду, налогово-податного механизма изъятия сельхозпродукции. Характерными чертами становления и функционирования новой модели стало укрупнение производственных структур (особенно в Сибири), индустриализация сельскохозяйственного производства, труда. Ее организационно-производственной основой стали крупные государственные сельскохозяйственные предприятия, в которые были превращены и колхозы. Основным стимулом труда в них являлась заработная плата, размер которой в силу снижения уровня изъятия земельной ренты постоянно увеличивался.

В 1970-е гг. завершился процесс раскрестьянивания деревни. Крестьянство превратилось в новую социально-классовую общность – государственных сельскохозяйственных наемных рабочих. Индустриализация аграрного производства, переход на оплату труда, не зависящую от его конечных результатов, привели к нарастающему отчуждению работников сельхозпредприятий от земли и других средств производства и снижению эффективности сельского хозяйства.

Подстегнутая обострением продовольственной проблемы радикализация общественного сознания в начале 1990-х гг. вылилась в смену политического и экономического строя. Новые руководители страны приступили к ликвидации колхозно-совхозной системы. Однако переходный период затянулся и кристаллизация новой модели аграрного строя до сих пор не завершена.

Серия статей и докладов на научных конференциях.

Проведен детальный ретроспективный анализ аграрного строя региона в 1900 – первой половине 1920-х гг. Исследованы изменения в сфере землевладения и землепользования, особенности ведения и динамика зернового производства и животноводства, методы и результаты заготовок сельхозпродуктов, основные тенденции демографического и социально-экономического развития деревни и крестьянского хозяйства. Особое внимание уделено определению факторов, детерминирующих возникновение проблем развития сельского хозяйства Сибири во второй половине 1910-х гг., а также исследованию фаз и динамики кризисного развития отрасли в начале 1920-х гг., выявлению механизмов преодоления кризиса.

Анализ вышеперечисленных проблем позволил прийти к следующим выводам:

а) В годы революции и Гражданской войны в фокусе взаимодействия крестьянского социума и власти находился земельный вопрос. Разрешение накопившихся в данной сфере противоречий являлось одной из центральных задач сменявших друг друга политических режимов. Однако определяющую роль в земельных преобразованиях сыграл крестьянский социум, добившийся реализации своих целевых установок. Результаты осуществленной крестьянством общинной революции в конечном итоге были вынуждены признать и победившие в Гражданской войне большевики.

б) Зерновое хозяйство на протяжении всего исследуемого периода являлось базовой отраслью аграрной экономики Сибири. Массовое аграрное переселение привело к существенному увеличению его масштабов. Экстенсивное поступательное развитие отрасли, преодолевшей спад начального этапа Первой мировой войны, продолжилось в конце 1910-х гг. Даже разрыв хозяйственных связей, затруднивший сбыт продукции и поставки сельскохозяйственной техники в регион, не дестабилизировал ситуацию. Напротив, на фоне высоких урожаев зерновых, сопровождавших первое революционное трехлетие, происходило дальнейшее расширение посевных площадей. В то же время сверхнормативное изъятие зерна государством в рамках продразверстки и продналога в начале 1920-х гг., совпавшее с чередой неурожаев, вызвало обвальное падение зернового производства. При этом не продуманные, отягощенные «классовым подходом» меры экономической помощи деревне позитивного влияния на ситуацию в отрасли не оказали.

в) В начале ХХ в. сибирское скотоводство по объемам валового производства уступало растениеводству, но превосходило его по товарному выходу. Наиболее динамично развивавшейся отраслью сельского хозяйства Сибири являлось промышленное маслоделие. Состояние источниковой базы не позволяет репрезентативно определить погодовую динамику количественных параметров, характеризующих развитие животноводства в регионе в годы Первой мировой войны. Более вероятным представляется следующий вариант: поголовье скота в основных сельскохозяйственных районах Сибири в 1915 г. уменьшилось, в 1916 г. – выросло, а в 1917 г. – вновь сократилось. Однако нельзя исключать и того, что убыль скота происходила на протяжении всех военных лет. Рецессия отрасли, которая ускорилась в годы Гражданской войны, в начале 1920-х гг. сменилась полномасштабным кризисом. Особенно глубоким было падение уровня производительных сил маслоделия.

г) В начале ХХ в. крестьянская экономика региона в целом имела восходящую динамику. Основным фактором развития производительных сил являлось массовое аграрное переселение. В годы Первой мировой войны негативное влияние на сельскохозяйственное производство оказывали нехватка трудовых ресурсов и не восполняемая амортизация сельскохозяйственного инвентаря. Во время Гражданской войны проблема трудодефицитности в сельскохозяйственном производстве была смягчена, тогда как деградация материально-технической базы ускорилась. Тем не менее даже в условиях двух подряд войн, одна из которых непосредственно затронула Сибирь, крестьянская экономика сохраняла свою устойчивость. Наметившиеся в конце 1910-х гг. негативные тенденции в начале 1920-х гг. привели к тотальному обеднячиванию крестьянства.

д) Хозяйственная ситуация в сибирской деревне несколько улучшилась лишь в 1923 г. Однако начавшийся подъем не был повсеместным, касался не всех подотраслей сельского хозяйства. О признаках улучшения можно говорить только на фоне тяжелой хозяйственной ситуации 1922 г. Положение аграрного сектора экономики продолжало оставаться кризисным, но наметились условия для запуска восстановительных процессов. С 1924 г. началось восстановление сельского хозяйства региона на базе нэпа. Стимулами его поступательного развития стали уменьшение и упорядочение налогообложения и расширение государственной помощи деревне. Но ключевым фактором стало завершение череды неурожаев хлебов и трав. Благоприятные погодные условия определили результативность мер государственного стимулирования. Тем не менее правомерно говорить лишь о преодолении к 1925 г. острой фазы кризиса, но не о восстановлении аграрного производства Сибири. Кризис привел к его реструктуризации, сделал более замкнутым на удовлетворении собственных нужд крестьянских хозяйств.

Монография В.М. Рынкова, В.А. Ильиных «Десятилетие потрясений: сельское хозяйство Сибири в 1914–1924 гг.», серия статей и докладов на научных конференциях.

В рамках третьего тематического направления:

Продолжалось выявление проектов аграрного развития Сибири;

Осуществлялся ретроспективный анализ концепций и концептуальных моделей освоения региона.

Выявлен и описан ряд проектов аграрного развития Сибири, репрезентативно представляющих основные направления модернизации аграрного сектора экономики страны и региона на переломных этапах исторического развития:

– проект создания «Международного союза кооперативных производителей» с участием сибирских маслоделов (1918 г.);

– разработанные в Сибземотделе в начале 1920-х гг. программы восстановления и развития сельского хозяйства;

– аналитические материалы объединения «Госмолоко» (1922–1923 гг.) о развитии маслоделия и сыроделия на Алтае;

– планы приема, размещения и устройства переселенцев в Сибири, разработанные в 1918–1922 гг.;

– проекты аграрной колонизации региона конца 1920-х гг.;

– концепции Госплана и Наркомата рабоче-крестьянской инспекции 1929 г. о путях выхода из кризиса отечественного маслоделия;

– планы коллективизации сибирской деревни;

– сформулированные во второй половине 1950-х гг. предложения о реформировании системы «колхоз – МТС»;

– комплексная Программа развития 130-ти экономически слабых хозяйств Новосибирской области на 1989–1993 гг. («Программа-130»).

Детальный ретроспективный анализ введенных в научный оборот проектов позволил сформулировать следующие выводы и положения:

а) В годы Гражданской войны антибольшевистскими правительствами Сибири были разработаны новые, отличные от столыпинских, цели и направления переселенческой политики. Ставка делалась на переселение в регион более состоятельных колонистов. Советские органы управления также придавали разработке колонизационной политики большое значение. При этом основные потоки переселенцев предполагалось направить в слабозаселенные губернии. Однако голод 1921 г. и аграрный кризис в Сибири привели к тому, что советской власти пришлось проводить переселение в спешке. Ради спасения людей от голода оно осуществлялось в ущерб интересам местного населения и развития экономики края. Вектор развития реальных событий во многом противоречил переселенческим проектам. Вместо освоения слабозаселенных зон произошла их частичная деколонизация. От тщательной подготовки специальных участков для переселенцев пришлось отказаться и значительную их часть временно расселить внутри земельного фонда, отведенного местному населению, что существенно осложнило аграрные отношения. В связи с этим в мае 1922 г. прием переселенцев в Сибири был прекращен.

б) В 1920 – первой половине 1921 г. земельным отделом при Сибревкоме был разработан ряд программ по восстановлению и развитию зернового хозяйства, животноводства, а также по масштабному обобществлению сельхозпроизводства. Каждый из этих проектов был крайне идеологизирован, в них была чрезвычайно раздута стадия теоретического обоснования и разработки. Детально проработанные намеченные мероприятия срывались из-за их материальной необеспеченности. Успехи достигались на узких участках работы путем крайней концентрации средств и принятия наиболее жестких решений.

в) Плановое переселение в Сибирь было открыто в 1925 г. Возобновилась и разработка колонизационных программ. В соответствии с Генеральным планом колонизации Сибирского края на 1925/26–1940/41 гг. основной территорией размещения прибывающих в регион переселенцев определялась южная часть таежной зоны. Освоение таежных пространств предполагалось осуществлять методом последовательной колонизации. При этом хозяйство переселенцев должно было приобрести преимущественно промысловый характер. Принципиальная новизна колонизационных планов конца 1920-х гг. заключалась в постановке задач организации переселенческих колхозов, совхозов, а также обеспечения необходимыми трудовыми ресурсами индустриального строительства в необжитых и малообжитых районах. С началом массовой коллективизации деревни в 1930 г. произошло радикальное изменение методов аграрной колонизации. Плановое добровольное переселение было заменено принудительным.

г) Сравнительное изучение концепций развития отечественного маслоделия, подготовленных Госпланом и НК РКИ по поручению Совета труда и обороны (1929 г.), раскрывает возможные сценарии реформирования отрасли. Ориентированный на интенсификацию молочного животноводства проект Госплана оказался нереальным в условиях нарастающей бесхозяйственности, подрыва у крестьян – членов молочной кооперации материальной заинтересованности в сдаче молока на маслозаводы. Поэтому проект НК РКИ, не требующий больших капиталовложений и достаточный для удовлетворения внутренних потребностей страны, был признан отвечающим реалиям.

д) В конце 1920-х гг. в СССР было принято решение о проведении сплошной коллективизации сельского хозяйства. Коллективизация, т.е. ликвидация индивидуальных крестьянских хозяйств и их объединение в производственные кооперативы, по мнению марксистских теоретиков, позволяла широко внедрить в сельское хозяйство новейшие технические достижения, превратить аграрный труд в разновидность индустриального и за счет этого резко повысить его производительность, валовое и товарное производство сельхозпродукции. Однако форсированное колхозное строительство, напротив, привело к падению производительных сил аграрного сектора экономики. Базовой причиной того, что поставленные цели не были достигнуты, являлось противодействие со стороны крестьянства, традиционные ментальные основы жизнедеятельности которого не были учтены при разработке планов социалистической реконструкции сельского хозяйства.

е) В декабре 1955 г. в Президиум ЦК КПСС поступила докладная записка начальника планово-финансового отдела Главного управления МТС Урала К.Д. Карпова, в которой он обосновывал целесообразность объединения фондов МТС и колхозов в единые хозрасчетные государственно-кооперативные сельхозпредприятия (соцхозы). Данные хозяйства должны были стать переходной формой между колхозами и совхозами. Их создание позволяло сократить управленческий аппарат, устранить разногласия по производственным вопросам, ликвидировать неравенство в оплате труда между работниками МТС и колхозниками, создать у последних стимулы к труду. В рамках соцхозов можно было сохранить, приумножить и с большей отдачей использовать техническую и кадровую базу МТС. Предложение было отвергнуто, поскольку считалось, что колхозы располагают большими внутренними резервами для самостоятельного развития.

ж) Принятая в 1989 г. «Программа-130» предусматривала масштабное строительство объектов социального и производственного назначения в 130-ти экономически слабых хозяйствах области. При этом основной задачей программы было развитие малых сел с целью закрепления населения и предотвращение их исчезновения. Тем самым была дезавуирована реализовавшаяся на предыдущем этапе аграрной политики программа ликвидации «неперспективных» сел. Новое строительство в избранных для этих целей хозяйствах должно было вестись силами и средствами предприятий и организаций Новосибирска (включая СО АН СССР) и других городов области. Шефствующим предприятиям и организациям также предстояло осуществить целый комплекс мер, направленных на обеспечение населенных пунктов электроснабжением, устойчивого приема в них телепередач, а также телефонизации и радиофикации. Плановые задания «Программы-130» хронически не выполнялись. Одной из основных причин этого было отсутствие заинтересованности промышленных предприятий и строительных организаций во вложении своих средств в развитие низкорентабельных хозяйств, а также нарастающие кризисные явления в промышленности. В 1991 г. осуществление комплексной программы развития экономически слабых хозяйств было прекращено.

Проведено поэтапное исследование содержания аграрного вопроса в России и его сибирской специфики. Осуществлен ретроспективный анализ базовых концепций и концептуальных моделей решения аграрного вопроса в стране в целом, а также созданных на их основе проектов развития сельского хозяйства Сибири. Дана обобщающая оценка результатов осуществленных модернизационных проектов. Основное внимание при этом уделялось точкам потенциальной бифуркации исторического процесса: середина первого десятилетия ХХ в., конец 1910-х гг., вторая половина 1920-х, середина 1950-х, вторая половина 1980-х гг. Попытки решения аграрного вопроса реализовались в серии аграрных реформ и преобразований, наиболее значимыми из которых были реформа П.А. Столыпина, аграрные преобразования 1917–1921 гг., нэп, коллективизация, преобразования Н.С. Хрущева, реформа начала 1990-х гг. Несмотря на многочисленные попытки реформирования аграрных отношений, аграрный вопрос столь же актуален в начале XXI в., как и в начале века предыдущего.

Анализ исторического опыта методов решения аграрного вопроса в России позволяет сделать следующие выводы. Всякие революционные изменения аграрных отношений приводят к разрушению производительных сил сельского хозяйства. Наиболее позитивные результаты имеют постепенные и длительные реформы. Проводя преобразования в аграрной сфере, необходимо учитывать менталитет российского крестьянства, его сформированную веками трудовую этику. Нужно также иметь в виду изменения в крестьянской ментальности, произошедшие за годы советской власти. Ломка «через колено» устойчивых ценностных ориентаций и стереотипов поведения, попытки в одночасье превратить русского крестьянина в колхозника или американского фермера к позитивным результатам привести не могут. Реформирование аграрного строя должно проводиться с учетом региональных особенностей. И, наконец, необходимо выработать цивилизованное сочетание рыночных и нерыночных механизмов регулирования сельского хозяйства.

Сборник научных трудов «Проекты освоения и развития Сибири в ХХ в.», серия статей и докладов на научных конференциях.

СПИСОК основных научных трудов сотрудников сектора аграрной истории ИИ СО РАН, опубликованных в конце 2012 – 2013 г.

Монографии

Рынков В.М., Ильиных В.А. Десятилетие потрясений: сельское хозяйство Сибири в 1914–1924 гг. Новосибирск: Институт истории СО РАН, 2013. 244 с.

Мобилизационная стратегия хозяйственного освоения Сибири: программы и практики советского периода (1920–1980-е гг.) / Андреенков С.Н., Ильиных В.А. [и др.] / под ред. А.И. Тимошенко. Новосибирск: Параллель, 2013. 382 с. (4,8 п.л.)

II. Сборники научных трудов

Проекты освоения и развития Сибири в XX веке: сб. науч. тр. / под ред. В.А. Ильиных. Новосибирск: Институт истории СО РАН, 2013. 235 с. (14,6 п.л.).

III. Учебно-методические пособия

Андреенков С.Н. История России в вопросах и заданиях (с древнейших времен до конца XIX в.): методическое пособие. Новосибирск: Высший колледж информатики НГУ, 2012. 76 с. (2,6 п.л.).

IV. Статьи в отечественных рецензируемых изданиях

Андреенков С.Н. Трансформация колхозной системы в середине 1950-х – начале 1960-х гг. в Сибири // Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 2012: Типология и особенности аграрного развития России и Восточной Европы Х–ХХI вв. М., Брянск: РИО Брянского гос. ун-та, 2012. С. 501–510 (0,5 п.л.).

Андреенков С.Н. Проекты преобразования колхозной системы 1950-х гг. в Сибири // Вестник Сургутского государственного педагогического университета. 2013. № 4. С. 220–225 (0,5 п.л.).

Андреенков С.Н. Производственные результаты освоения целинных и залежных земель в Сибири (середина 1950-х – первая половина 1960-х гг.) // Иркутский историко-экономический ежегодник: 2013. Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2013. С. 200–207 (0,5 п.л.).

Ильиных В.А. Аграрный строй Сибири в XX веке: этапы трансформации // Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 2012: Типология и особенности аграрного развития России и Восточной Европы Х–ХХI вв. М., Брянск: РИО Брянского гос. ун-та, 2012. С. 620–629 (0,7 п.л.).

Ильиных В.А. Сибирская кооперация на хлебозаготовительном рынке в условиях нэпа: борьба за монополию // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Сер.: Гуманитарные науки. 2013. № 5–6. С. 24–29 (0,8 п.л.).

Ильиных В.А. Система управления животноводством в Сибири в конце 1920-х – 1930-е гг. // Гуманитарные науки в Сибири. 2013. № 1. С. 95–98 (0,5 п.л.).

Ильиных В.А. Хлебозаготовительная кампания 1946 г. в Новосибирской области // Иркутский историко-экономический ежегодник: 2013. Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2013. С. 57–65 (0,5 п.л.).

Карпунина И.Б., Мелентьева А.П. «Программа-130»: планы и их реализация // Гуманитарные науки в Сибири. 2012. № 4. С. 73–78. (0,7 п.л.).

Николаев А.А. Кадры дореволюционных кооперативных союзов в советской системе кооперативного управления Сибири в 1920-х – начале 1930-х гг. // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Сер.: Гуманитарные науки. 2013. № 5–6. С. 30–36 (0,8 п.л.).

Николаев А.А. Развитие материально-технической базы маслоделия в Сибири в 1920-е годы // Гуманитарные науки в Сибири. 2013. № 2. С. 32–36 (0,5 п.л.).

Пивоваров Н.Ю. Союз сибирских кооперативных союзов в апреле 1916 – феврале 1920 г. // Вестник Новосибирского государственного университета. Серия: История, филология. 2013. Т. 12, вып. 1: История. С. 44–49 (0,6 п.л.).

Пивоваров Н.Ю. Особенности формирования сибирских потребительских кооперативных союзов (1913–1919 гг.) // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Сер.: Гуманитарные науки. 2013. № 5–6. С. 11–17 (0,7 п.л.).

Пивоваров Н.Ю. Формирование сети сибирских потребительских кооперативных союзов (1913–1919 гг.) // Вестник Новосибирского государственного университета. Сер.: История, филология. 2013. Т. 12, вып. 8: История. С. 116–121. (0,5 п.л.).

Пивоваров Н.Ю. Участие Союза сибирских кооперативных союзов (Закупсбыта) во внешней торговле (1918–1919 гг.) // Иркутский историко-экономический ежегодник: 2013. Иркутск: Изд-во БГУЭП, 2013. С. 231–239 (0,5 п.л.).

Рынков В.М. Зерновое хозяйство Сибири в годы Первой мировой войны // Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы. 2012: Типология и особенности аграрного развития России и Восточной Европы Х–ХХI вв. М., Брянск: РИО Брянского гос. ун-та, 2012. С. 291–298. (0,5 п.л.).

Рынков В.М. Роль сибирской кооперации в заготовках продовольствия в годы Первой мировой войны // Современная наука: актуальные проблемы теории и практики. Сер.: Гуманитарные науки. 2013. № 5–6. С. 18–23 (0,7 п.л.).

Рынков В.М. Рец. на кн.: Кожевин В.Л. Российское офицерство и февральский революционный взрыв. Омск, 2011. 260 с. // Гуманитарные науки в Сибири. 2013. № 1. С. 104–105 (0,3 п.л.).

V. Доклады в сборниках международных конференций

Андреенков С.Н. Стимулирование труда в колхозах Сибири в середине 1950-х – начале 1960-х гг. // Государственная власть и крестьянство в XX – начале XXI в.: материалы IV Междунар. науч.-практ. конф. Коломна: МГОСГИ, 2013. С. 623–627 (0,3 п.л.).

Ильиных В.А. Трудовое поведение работников сельскохозяйственных предприятий Сибири в конце 1970-х – середине 1980-х гг. // Сельское население России в условиях модернизации XIX–XXI веков: сб. статей VII Междунар. науч.-практ. конф. Оренбург: Изд-во ГБУ «Региональный центр развития образования Оренбургской области», 2012. С. 112–117 (0,5 п.л.).

Ильиных В.А. Агрономическое обслуживание сибирской деревни в условиях нэпа: выбор объектов // Государственная власть и крестьянство в ХIХ – начале ХХI века: сб. статей. Коломна: Московский государственный областной социально-гуманитарный институт, 2013. С. 337–341 (0,3 п.л.).

Николаев А.А. Состояние кооперативных маслозаводов в Сибири в условиях нэпа // Государственная власть и крестьянство в ХIХ – начале ХХI века: сб. статей. Коломна: Московский государственный областной социально-гуманитарный институт, 2013. С. 416–421 (0,3 п.л.).

Рынков В.М. Влияние советской продовольственной политики на крестьянское животноводство в Сибири в начале 1920-х гг. // Государственная власть и крестьянство в ХIХ – начале ХХI века: сб. статей. Коломна: Московский государственный областной социально-гуманитарный институт, 2013. С. 54–58. (0,4 п.л.).

VI. Публикации в других изданиях

Андреенков С.Н. Механизмы стимулирования сельскохозяйственного производства в 1953–1964 гг. в Сибири // Экономическая история Сибири XX – начала XXI века: материалы III Всерос. науч. конф. Барнаул: АКИПКРО, 2012. Т. 2. С. 205–213 (0,5 п.л.).

Андреенков С.Н. Кризис сельскохозяйственного производства в начале 1960-х гг. в Сибири // Вопросы истории Сибири в новейшее время: сб. науч. стат. Новосибирск: Параллель, 2012. Вып. 2. С. 145–165 (1,1 п.л.).

Андреенков С.Н. Проект реформирования системы машинно-тракторных станций 1955 г. // Проекты освоения и развития Сибири в ХХ в.: сб. науч. тр. Новосибирск, 2013 (1,6 а.л.).

Ильиных В.А. Налогово-податная система сталинского социализма в сибирской деревне: становление и функционирование (конец 1920-х – начало 1940-х гг.) // Экономическая история Сибири XX – начала XXI века: материалы III Всерос. науч. конф. Барнаул: АКИПКРО, 2012. С. 32–40 (0,5 п.л.).

Ильиных В.А. Аграрный вопрос в Сибири: проекты, методы и итоги решения // Новейшие исследования отечественных и зарубежных историков: сб. науч. тр. Пенза; Саранск: ГУМНИЦ, 2012. Вып. 3. С. 70–81 (1,0 п.л.).

Ильиных В.А., Карпунина И.Б., Мелентьева А.П. Сибирская деревня в 1965–1985 гг.: сельскохозяйственное производство, изменение условий жизни сельского населения // Вопросы истории Сибири в новейшее время: сб. науч. стат. Новосибирск: Параллель, 2012. Вып. 2. С. 166–181 (0,75 п.л).

Ильиных В.А., Кириллов А.К. Вексель // Энциклопедический словарь по истории купечества и коммерции Сибири. Новосибирск: Гео, 2012. Т. 1 (А–Л). С. 116–118 (авт. 0,25 п.л.).

Ильиных В.А. Проект аграрной колонизации Сибири 1927 г. // Проекты освоения и развития Сибири в ХХ в.: сб. науч. тр. Новосибирск, 2013 (2,2 а.л.).

Ильиных В.А., Николаев А.А. Кооперация в Сибири // Энциклопедический словарь по истории купечества и коммерции Сибири. Новосибирск: Гео, 2012. Т. 1 (А–Л). С. 347–349 (0,5 п.л.).

Ильиных В.А. Сибирская кооперация на маслозаготовительном рынке в условиях нэпа // Кооперация: прошлое и настоящее: материалы и исследования. Иваново: Ивановский гос. ун-т, 2013. Вып. 2. С. 68–82. (0,7 п.л.).

Ильиных В.А. Сельское хозяйство Западной Сибири в ХХ веке: динамика и проблемы развития // Освоение и развития Западной Сибири в ХVI–ХХ вв.: материалы межрегион. науч.-практ. конф.еренции, посв. 300-летию Чаусского острога. Новосибирск: Сибпринт, 2013. С. 21–25 (0,3 п.л.).

Николаев А.А. От «кооперативного интеграла» к колхозам: административное вмешательство в кооперативное строительство и его последствия // Экономическая история Сибири XX – начала XXI века: материалы III Всерос. науч. конф. Барнаул: АКИПКРО, 2012. С. 24–37 (1,0 п.л.).

Николаев А.А. Кооперация // Энциклопедический словарь по истории купечества и коммерции Сибири. Новосибирск: Гео, 2012. Т. 1 (А–Л). С. 346–347 (0,3 п.л.).

Николаев А.А. Организация кооперативной торговли и экспорта льна из России в условиях нэпа по предложениям члена правления Центросоюза К. Г. Петунина // Кооперация: прошлое и настоящее: материалы и исследования. Иваново: Ивановский гос. ун-т, 2013. Вып. 2. С. 119–128 (0,6 п.л.).

Николаев А.А. Политический мониторинг кооперативных кадров Сибири в условиях нэпа // Региональные аспекты цивилизационного развития российского общества в ХХ столетии: проблемы индустриализации и урбанизации: материалы межрегион. науч. конф. Новосибирск: Параллель, 2013. С. 153–162 (0,7 п.л.).

Николаев А.А. Проекты развития маслоделия в Сибири в 1920-е гг. // Проекты освоения и развития Сибири в ХХ в.: сб. науч. тр. (1,2 а.л.).

Пивоваров Н.Ю. Всесибирские кооперативные съезды в контексте борьбы за государственную власть в России (ноябрь 1917 – сентябрь 1918 г.) // Политические системы и режимы на востоке России в период революции и Гражданской войны: сб. науч. стат. Новосибирск: Параллель, 2012. С. 95–124 (1,5 п.л.).

Пивоваров Н.Ю. Сибирская потребительская кооперация в годы Первой мировой войны // Мобилизационная модель экономики: исторический опыт России ХХ века: сб. материалов II Всерос. науч. конф. Челябинск: Энциклопедия, 2012. С. 193–199. (0,5 п.л.).

Пивоваров Н.Ю. Транссиб и развитие кооперации в Новониколаевске в 1910-е годы // Железные дороги и процесс социальной модернизации России в XIX – первой половине ХХ в.: сб. материалов междунар. науч. конф. Тамбов: Издательский дом ТГУ им. Г.Р. Державина, 2012. С. 130–136 (0,5 п.л.).

Пивоваров Н.Ю. Культурно-просветительная работа Союза сибирских кооперативных союзов (Закупсбыта) в сибирской деревне // Труды института крестьяноведения Южного Урала им. В.П. Данилова. Оренбург: ГБУ РЦРО, 2013. Вып. 4. С. 67–76 (0,55 п.л.).

Пивоваров Н.Ю., Рынков В.М. Сибирская кооперация в системе властных отношений в эпоху войн и революций 1914–1920 гг. // Власть и общество в Сибири в XX веке: сб. науч. стат. Новосибирск: Параллель, 2012. Вып. 3. С. 35–58 (1,5 п.л.).

Рынков В.М. Животноводство в «сибревкомовской» Сибири: опыты государственного управления (конец 1919 – 1920 г.) // Экономическая история Сибири XX – начала XXI века: материалы III Всерос. науч. конф. Барнаул: АКИПКРО, 2012. С. 15–24 (0,5 п.л.).

Рынков В.М. Боевые задачи Сибземотдела: раннесоветский опыт мобилизационной политики // Мобилизационная модель экономики: исторический опыт России ХХ века: сб. материалов II Всероссийской научной конференции. Челябинск: Энциклопедия, 2012. С. 199–210 (1,0 п.л.).

Рынков В.М. Органы местного самоуправления в антибольшевистским лагере на востоке России (середина 1918 – конец 1922 г.) // Политические системы и режимы на востоке России в период революции и Гражданской войны: сб. науч. стат. Новосибирск: Параллель, 2012. Вып. 1. С. 95–126 (1,9 п.л.).

Рынков В.М. Забайкальская кооперация в вихре бурных лет (1914–1920 гг.) // Кооперация: прошлое и настоящее: материалы и исследования. Иваново: Ивановский гос. ун-т, 2013. Вып. 2. С. 164–173 (0,5 п.л.).

Рынков В.М. Жизнь сельского кооператива как зеркало идейно-политических процессов в сибирской деревне в предреволюционную и революционную эпоху // Труды института крестьяноведения Южного Урала им. В.П. Данилова. Оренбург: ГУБ РЦРО, 2013. Вып. 4. С. 60–67 (0,5 п.л.).

Рынков В.М. Переселение, колонизация, спасение голодающих: проекты и реализация переселенческой политики в первое послереволюционное пятилетие // Проекты освоения и развития Сибири в ХХ в.: сб. науч. тр. Новосибирск, 2013.

НАУЧНЫЕ КОНФЕРЕНЦИИ, СИМПОЗИУМЫ, СЕМИНАРЫ, в которых приняли участие сотрудники сектора аграрной истории ИИ СО РАН в 2013 г.

МЕЖДУНАРОДНЫЕ:

Двадцатый ежегодный международный симпозиум «Пути России: альтернативы общественного развития» (Москва, Московская высшая школа социальных и экономических наук, 22–23 марта 2013 г.).

Ильиных В.А. – доклад «Коллективизация деревни: проекты и реальность».

XIV апрельская международная научная конференция по проблемам развития экономики и общества (Москва, Высшая школа экономики, 2–5 апреля 2013 г.)

Андреенков С.Н. – доклад «Колхозно-совхозная система в середине 1950-х – начале 1960-х гг. в Сибири: факторы, вектор и результаты трансформации».

Международный семинар «Переоценка социализма и Великий голод 1928–1934 гг. (Астана (Казахстан), Назарбаев университет, 2–4 мая 2013 г.).

Ильиных В.А. – доклады: «Сталин в Сибири в 1928 г.», «Причины голода 1931/32 г. в Сибири».

Международный семинар «Демографические процессы в Азии: история, современность, гипотезы будущего» (Новосибирск, Институт истории СО РАН, 31 августа – 3 сентября 2013 г.).

Андреенков С.Н. – доклад «Преобразования колхозной системы в 1950-е гг. в Сибири».

Ильиных В.А. – доклад «Динамика сельскохозяйственного производства в Сибири во второй половине 1960-х – 1980-е гг.».

Рынков В.М. – доклад «Сельское хозяйство Сибири в годы Первой мировой войны».

Международная научная конференция Судьбы демократического социализма в России: международная научная конференция (Москва, НИПЦ Мемориал, 20–21 сентября).

Рынков В.М. – доклад «Муниципальный социализм: элементы в теории и практике на востоке России в годы Гражданской войны».

IV Международная научно-практическая конференция «Государственная власть и крестьянство в ХIХ – начале ХХI в.» (Коломна, Московский государственный областной социально-гуманитарный институт, 3–5 октября 2013 г.).

Андреенков С.Н. – доклад «Стимулирование труда в колхозах Сибири в середине 1950-х – начале 1960-х гг.».

Ильиных В.А. – доклад «Агрономическое обслуживание Сибирской деревни в условиях нэпа: выбор объектов».

Николаев А.А. – доклад «Состояние кооперативных маслозаводов в Сибири в условиях нэпа».

Орлов Д.С. – доклад «Практика нецелевого использования средств в аграрном секторе Западной Сибири во второй половине 60-х – первой половине 80-х гг. ХХ в.».

Рынков В.М. – доклад «Влияние советской продовольственной политики на крестьянское животноводство в Сибири в начале 1920-х гг.».

II. ВСЕРОССИЙСКИЕ

II Всероссийская научная конференция «Мобилизационная модель экономики: исторический опыт России XX века» (Челябинск, Центр экономической истории Челябинского государственного университета, 23–24 ноября 2012 г.).

Пивоваров Н.Ю. – доклад: «Сибирская потребительская кооперация в годы Первой мировой войны».

Рынков В.М. – доклад «Боевые задачи Сибземотдела: раннесоветский опыт мобилизационной политики».

Всероссийская научная конференция «Культурное пространство в деревне в исторической перспективе» (Оренбург, Институт крестьяноведения Южного Урала им. В.П. Данилова, 12–13 февраля 2013 г.).

Пивоваров Н.Ю. – доклад «Культурно-просветительная работа Союза сибирских кооперативных союзов (Закупсбыта) в сибирской деревне».

Рынков В.М. – доклад «Жизнь сельского кооператива как зеркало идейно-политических процессов в сибирской деревне в предреволюционную и революционную эпоху».

III Всероссийская молодежная научная конференция «Актуальные проблемы исторических исследований: взгляд молодых ученых» (Новосибирск, Институт истории СО РАН, 22–24 августа 2013 г.).

Андреенков С.Н. – доклад «”Десталинизация” колхозной системы и ее результаты в Сибири (1950-е – начало 1960-х гг.).

XI Всероссийская научная конференция «Урал индустриальный. Бакунинские чтения: Индустриальная модернизация Урала в XVII–XXI вв.» (Екатеринбург, Уральский федеральный университет. 26–27 сентября 2013 г.).

Рынков В.М. – доклад «Государственная власть и ученые: изучение и развитие производительных сил Урала и Сибири в период Гражданской войны (вторая половина 1918 – 1919 г.)».

Вторые Усмановские чтения «Крестьянский мир: новые источники и методологические подходы»: всерос. науч. конф. (Уфа, Уфимский научный центр РАН, 27–28 сентября 2013 г.).

Рынков В.М. – доклад «Крестьянское самоуправление в Сибири в эпоху военных и революционных потрясений: итоги изучения и новые научные проблемы».

III. РЕГИОНАЛЬНЫЕ

Межрегиональная научно-практическая конференция, посвященная 300-летию Чаусского острога «Освоение и развитие Западной Сибири в ХVI–ХХ вв.» (р.п. Колывань Новосибирской обл., Правительство Новосибирской обл., 25 апр. 2013 г.).

Ильиных В.А. – доклад на пленарном заседании «Сельское хозяйство Западной Сибири в ХХ веке: динамика и проблемы развития».

ХV историко-экономические чтения памяти В.Н. Шерстобоева: регион. науч. конф. (Иркутск, Байкальский государственный университет экономики и права, 28–29 марта 2013 г.).

Андреенков С.Н. – доклад «Производственные результаты освоения целинных и залежных земель в Сибири (середина 1950-х – первая половина 1960-х гг.)».

Ильиных В.А. – доклад на пленарном заседании «Хлебозаготовительная кампания 1946 г. в Новосибирской области».

Пивоваров Н.Ю. – доклад «Участие Союза сибирских кооперативных союзов (Закупсбыта) во внешней торговле (1918–1919 гг.)».

Межрегиональная научная конференция «Региональные аспекты цивилизационного развития российского общества в ХХ столетии: проблемы индустриализации и урбанизации» (Новосибирск, Институт истории СО РАН, 6–7 июня 2013 г).

Николаев А.А. – доклад «Политический мониторинг кооперативных кадров Сибири в условиях нэпа».